Вступившая в силу в декабре 2023 года поправка в законодательство, согласно которой были запрещены импорт, экспорт и производство стероидов и анаболиков, затронула все сообщество трансгендеров Республики Молдова. Представители сообщества жалуются на отсутствие законного доступа к тестостерону – гормону, который поддерживает их здоровье и желаемый внешний вид.
В результате они вынуждены покупать этот препарат нелегально, на черном рынке. С другой стороны, руководство Министерства здравоохранения уверяет, что у транс-мужчин есть свободный доступ к тестостерону, и что возникла проблема при толковании закона.
Алексу 21 год, и он мужчина-трансгендер из Кишинева. Он начал свой переходный период три года назад и уже два с половиной года проходит гормональную терапию. Для него, как и для всех трансгендерных мужчин, тестостерон – жизненно важный препарат. Но несколько месяцев назад препарат, который принимал Алекс, исчез из аптек. Это произошло после того, как власти изменили законодательство, запретив производство и продажу препаратов, содержащих анаболические и андрогенные стероиды, то есть тестостерон, вводимый транс-мужчинам.
Как поменяли закон
В декабре 2023 года Парламент принял во втором чтении проект поправки к Закону о лекарственных средствах, который предусматривает «импорт, производство, распространение, маркетинг, назначение и отпуск лекарственных средств, содержащих анаболические и андрогенные стероиды, за исключением лекарственных средств, номенклатура и количество которых ежегодно утверждается Министерством здравоохранения и которые закупаются через процедуру открытого тендера».
Принятие законопроекта в двух чтениях заняло менее двух месяцев. Если изначально Минздрав предлагал только запретить производство препаратов, содержащих анаболические и андрогенные стероиды, то позже, по рекомендации Министерства юстиции, в закон был внесен и запрет на ввоз и продажу этих препаратов.
Как все работало до изменения закона
До сих пор транс-мужчины достаточно легко могли проходить гендерно-аффирмативную гормональную терапию. После определенного количества сеансов терапии они получали от психолога Центра GenderDoc-M справку, подтверждающую наличие гендерной дисфории. С этой справкой они шли к эндокринологу. Члены трансгендерного сообщества, сотрудничающие с центром GenderDoc-M, обращаются только к одному такому специалисту, как сообщил Алекс.
«У эндокринолога они сдавали анализ крови, чтобы выяснить, не склонны ли они к рискам, к хроническим заболеваниям. После этого они шли в аптеку и покупали тестостерон. Так было раньше», – говорит мужчина. По его словам, сейчас препарата нет в аптеках из-за запрета на продажу тестостерона.
Это напрямую влияет на транс-сообщество, но с ним не консультировались
С трансгендерным сообществом не советовались по поводу поправок в закон, как сообщает Ранди Лукиан, координатор группы поддержки трансгендеров из центра GenderDoc-M: «Закон был принят неожиданно. Мы узнали об этом постфактум».
«Никто не связывался с нами и никто не обратился к транс-сообществу», – подчеркивает Алекс. В марте мужчина узнал, что из аптек исчезли препараты, поддерживающие его здоровье и внешний вид. «Я должен был продлить дозу этого препарата, и я заранее позвонил в аптеку, чтобы убедиться, что это лекарство есть в наличии, но мне ответили, что его нет и не будет. Тогда я обратился в центр GenderDoc-M. Они поговорили с человеком из министерства, и их заверили, что этот закон прорабатывается, и трансгендеров будут учитывать при закупке этого препарата», – говорит Алекс.
Руководство Минздрава утверждает, что транс-мужчины получат свободный доступ к тестостерону
Государственный секретарь Министерства здравоохранения Александр Гаснаш отрицает, что у трансгендеров нет доступа к тестостерону, но признает, что процедура стала более сложной.
![](https://www.zdg.md/ru/wp-content/uploads/2024/09/Alexandru-Gasnas-zdg.md_-1536x799-1-740x385.png)
«Во-первых, сейчас профильные комиссии – эндокринологическая, андрологическая – дают нам примерное количество людей, нуждающихся в этом виде лекарств. Мы добавляем погрешность и передаем эту информацию в Центр госзакупок в здравоохранении, чтобы они сделали эту госзакупку. В 2024 году выиграла международная компания, которая привезла к нам на рынок этот препарат. Лекарства хранятся на складе Республиканской клинической больницы им. Тимофея Мошняга и на складе Института матери и ребенка. Итак, пациент или трансгендер при необходимости должен обратиться к специалисту – эндокринологу или андрологу, – который согласно протоколу установит диагноз и план лечения. С этой консультацией рекомендуется обратиться к семейному врачу, в территориальное медицинское объединение или в любой региональный центр здоровья, где находится пациент. По этой рекомендации семейный врач выписывает рецепт на препарат, который человек берет в аптеке того же учреждения», – объясняет Александр Гаснаш.
Ранди Лукиан отрицает, что трансгендеры были внесены в специальные списки для получения тестостерона.
![](https://www.zdg.md/ru/wp-content/uploads/2024/09/Randi-luchian-zdg.md_-1536x824-1-740x397.png)
«Прошло уже восемь месяцев, а трансгендеров по-прежнему игнорируют. Другие люди уже получили свой тестостерон, но не трансгендеры. Транс-мужчины еще не вошли в эту категорию. Власти запрашивают у нас число, показывающее, сколько человек, например, в месяц принимают этот гормон. Проблема в том, что этого числа не существует. Очень многие пациенты принимают его незаконно. Это число вообще невозможно подсчитать», – объясняет представительница GenderDoc-M.
Александр Гаснаш считает, что предоставление доступа к тестостерону в медицинских учреждениях должно было вызвать сопротивление со стороны некоторых лиц. «Есть небольшие проблемы в системе и у специалистов, потому что изменился способ работы, но это нормально. Это сопротивление системы. Она уравновесится. Это проблема общения. Если для остальных пациентов нет помех, то и для трансгендеров не должно быть. Проблема не в фактическом доступе к препарату, а в том, как это делается, потому что где-то есть человеческий фактор, а не системная проблема», – считает представитель Министерства здравоохранения.
Трансгендеры вынуждены закупать тестостерон на «черном рынке»
С другой стороны, Алекс утверждает, что запрет на продажу анаболических стероидов напрямую отразился на его здоровье и «вынудил» его нелегально добывать этот крайне необходимый препарат.
«Из-за этого закона я был вынужден временно отказаться от тестостерона, потому что у меня его в принципе не было. Произошли довольно неприятные гормональные изменения, вернулся менструальный цикл, и я чувствовал себя уставшим и слабым. В конце концов я нашел контакт местного дилера, пошел и купил его нелегально. Мне приходится нарушать закон, чтобы получить доступ к этим препаратам, которые практически спасают мне жизнь», – признается Алекс.
Это подтверждает и Ранди Лукиан: «Транс-мужчинам приходится либо покупать незаконно, либо привозить его из-за границы. Многие даже уехали за границу только для того, чтобы продолжать там принимать тестостерон».
«Этот закон дискриминационный»
Новые условия доступа к лекарствам, кажется, не отражают реальность, в которой мы живем, как полагают эксперты.
«Мы на уровне общества не признаем, что есть люди, которые находятся в переходном периоде, не признаем, что люди могут менять свою гендерную идентичность, не терпим этого. И поэтому мы их не учитываем. Почему-то мы о них не думаем, когда вносим изменения в законодательство», – считает секретарь Коалиции по инклюзивности и недискриминации Георгина Друмя.
![](https://www.zdg.md/ru/wp-content/uploads/2024/09/Gheorghina-Drumea-zdg.md_-1536x806-1-740x388.png)
Эксперт считает, что власти должны были подумать о переходной мере или об исключениях для трансгендеров: «Можно было предусмотреть окно, чтобы постоянно обеспечивать эту группу лекарствами, пока министерство не начнет приобретать их централизованно. То есть власти были обязаны это сделать, потому что право на здоровье гарантировано. Его нельзя обусловить».
Оксана Гуменная рекомендует трансгендерам, которых затронули изменения в Законе о лекарственных средствах, обращаться в Офис Народного адвоката и Совет по вопросам равенства.
![](https://www.zdg.md/ru/wp-content/uploads/2024/09/Oxana-Gumennaia-zdg.md_-1536x808-1-740x389.png)
«Велика вероятность того, что решение, принятое советом, обнаружит косвенную дискриминацию в отношении этой группы людей. Возможно, закон не был принят с дурными намерениями, но этих людей не учли», – заключает Оксана Гуменная.
Мариана КОЛУН