Как в Молдове наказывают жертв домашнего насилия: «Я не знаю, как бы я выдержала за решеткой»

Самое трепетное воспоминание Виктории Прутяну связано с вечером, когда она смогла вернуться домой и забрать детей из центра размещения. Все чувствовали себя изолированными и были напуганы. Их мать могла оказаться за решеткой после того, как в течение многих лет ее избивали и унижали. При этом власти ни разу решительно не вмешались, чтобы помочь ей.

По словам адвоката Вадима Виеру, дело Виктории не единственное. Но именно этот случай дал понять, что некоторые женщины попадают в женскую тюрьму, расположенную в Руске, Хынчештского р-на именно потому, что государство их не охраняет должным образом. Поэтому вчерашние жертвы становятся нынешними заключенными.

Отчет Норвежской миссии советников по вопросам верховенства права в Молдове (The Norwegian Mission of Rule of Law Advisers to Moldova) за 2016 год подтверждает, что

домашнее насилие – это «важный фактор, способствующий женской преступности, и зачастую это не что иное, как ответ на то, что они долго терпели насилие».

Адвокат из Центра по правам женщин Арина Цуркан добавила, что агрессоров наказывают очень мягко. В случае жертв, которые совершили преступление, чаще всего суд не признавал самозащиту законной. С точки зрения законодательства есть еще одна проблема: «…оно не предусматривает, что суд может применить наказание ниже минимального».

История дела Виктории Прутяну спустя пять лет после приговора

В 2016 году Виктории Прутяну было 23 года, и она ухаживала за пятью детьми. Среди них были двое ее собственных детей и три сестры, которых она взяла под опеку после смерти родителей. Молодая женщина чуть не попала за решетку после инцидента, который произошел в декабре 2014 года. Она хотела защититься от жестокого мужа и инстинктивно схватила со стола первое, что попало под руку, – нож. В результате мужчина скончался.

Это был не первый раз, когда Виктория подверглась насилию со стороны мужа. Избиения и угрозы с его стороны со временем стали обычным явлением. У Виктории было две попытки суицида, и в результате побоев она потеряла ребенка. Хотя она неоднократно получала охранный ордер и, в конце концов, подала на развод, ничто из этого не остановило мужчину – ее бывший муж продолжал свои угрозы и агрессию. Виктория, в свою очередь, снова обращалась к правоохранительным органам, но других каких-либо мер, чтобы остановить его, не было принято.

Позднее прокурор потребовал, чтобы суд приговорил Викторию как минимум к 9 годам, а в заключительной речи после рассмотрения дела он потребовал 12 лет лишения свободы. Через год после того, как дело оказалось в суде, суд вынес решение: 3 года и 8 месяцев лишения свободы.

На Викторию надели наручники прямо в зале, на глазах у пятерых детей, о которых она заботилась.

Вскоре кадры с этой сценой распространились в сети, и тысячи людей выразили солидарность с Викторией. Они подписали петицию об ее освобождении. Затем судья Михаела Гросу-Гаврилицэ, которая приняла решение об осуждении Виктории, распорядилась об ее освобождении и о помещении под домашний арест до тех пор, пока всем детям не исполнится 8 лет.

После этого уголовное дело рассматривалось в Кишиневской апелляционной палате (АП) и в Высшей судебной палате (ВСП). В ноябре 2016 года магистраты Кишиневской АП отклонили ходатайство прокуроров, которые требовали более сурового наказания для Виктории, и удовлетворили ходатайство адвоката Вадима Виеру. Исполнение наказания было отложено до того момента, когда двоим детям подсудимой исполнится восемь лет.

В апреле 2017 года магистраты ВСП отклонили ходатайство адвоката Вадима Виеру, который попросил, чтобы решение апелляционного суда было пересмотрено, и чтобы апелляционный суд повторно рассмотрел дело, «поскольку нынешний суд не может исправить судебную ошибку». В обосновании апелляции он заявил, что совершенному деянию дали неправильную юридическую квалификацию, что обвинение не полностью выяснило обстоятельства дела, и что

суд не учел, что подсудимая Виктория Прутяну подвергалась насилию в семье со стороны мужа на протяжении всех лет брака. Хотя она просила помощи у властей, ее не защитили от жестокого мужа».

«Я не виновата, я защищалась». Следственный судья установил, что нет необходимости исполнять наказание

«Я не виновата, я защищалась», – говорила Виктория Прутяну после вынесения приговора. И хотя Виктории вынесли окончательный приговор, не подлежащий обжалованию, она так и не оказалась за решеткой.

Ее адвокат Вадим Виеру уверен, что, если бы не давление общественности и СМИ, молодая женщина скорее всего бы отбывала наказание в тюрьме. Но суд принял другое решение.

«В прошлом (2020) году следственный судья проверил, необходимо ли это, и решил, что в исполнении наказания больше нет смысла», – объяснил Виеру.

С 2017 по 2019 год Виктория была на учете у Страшенского бюро пробации, и учреждение посчитало ее поведение положительным и примерным. Выяснив, что она стала исправляться, влилась в общество, создала семью (повторно вышла замуж и родила еще двоих детей) и не совершала преступлений или правонарушений, в прошлом году суд решил освободить ее от исполнения наказания.

Сейчас Виктория находится рядом с детьми и ремонтирует дом. И налаживает свою жизнь.

Виктория Прутяну через пять лет после осуждения: «Страх еще ощущался»

Она говорит, что все еще невольно вспоминает о том, что произошло в те декабрьские дни, которые стали переломным моментом в ее жизни.

«Я обращалась в Полицию, и было распоряжение о моей защите, чтобы он вообще не приходил, не приближался к воротам. Но он его нарушал. Ему выписывали штраф, но он все равно проявлял жестокость. Старшая дочь и мои сестры все это видели. Мне было очень трудно…» – со вздохом говорит она.

Представ перед судом, Виктория больше всего боялась, что ее дети окажутся на улице. «Они привыкли только ко мне. И я хотела, чтобы они остались со мной. Если бы я оказалась за решеткой, я не знаю, как бы я это выдержала. Знать, что меня закрыли, и не знать, где они. Было много судебных заседаний, и я была под домашним арестом. Я даже не могла выйти в магазин, и мои сестры отводили младших девочек в детский сад…» – рассказывает женщина.

Даже узнав, что все уже позади, Виктория не почувствовала себя свободной.

«У меня продолжались кошмары, и я резко просыпалась. Страх еще ощущался. Но со временем мы пришли в себя… Если никто вас не бьет и не гонит, вы чувствуете себя иначе и не дрожите от страха каждую минуту. Не нужно думать, куда бежать, где прятаться».

«Я этого не ожидала, но многие люди помогли мне»

Она и подумать не могла, что люди, которые появятся в ее жизни после того, как она окажется на скамье подсудимых, так сильно помогут ей. Она не ожидала, что окружающие будут такими отзывчивыми.

«Часть моего дома сгорела, и я не могла там жить после того, как меня приговорили к домашнему аресту. У меня не было света, а они пришли и установили все бесплатно. Я благодарна всем, кто помог мне. Я заменила окна, двери, взяла то, что было нужно, и все сделала… Я этого не ожидала, но многие люди помогли мне. Здесь не было ни забора, ни ворот. Мы все сделали… Я клеила обои в доме, пока женщина делала печь», – добавляет Виктория.

По ее словам, в селе и в ее окружении есть женщины, которые сталкиваются с домашним насилием и боятся просить о помощи. «Но я бы не советовала им терпеть, позволять избивать себя и детей. Я бы посоветовала им обратиться в полицию, в примэрию, в социальную службу… Не молчать», – говорит женщина.

Адвокат Вадим Виеру утверждает, что пример Виктории заставил людей обратить внимание на проблему незащищенности жертв домашнего насилия.

Адвокат Вадим Виеру

«Эта ситуация доказывает, что, когда государство не вмешивается, это приводит к серьезным последствиям. Итак, из-за того, что женщин не защищают, они в том числе совершают преступления. Кроме того, случай Виктории тогда привел к нескольким реформам, в том числе к запретительному приказу, потому что это был очень деликатный случай», – объясняет адвокат.

Помимо этого, по его мнению, проблема насилия над женщинами связана не только с государством, но и со стереотипами, которые есть в Республике Молдова.

«У нас до сих пор патриархальное общество, где домашнее насилие – это норма. Для того, чтобы мы избавились от этих стереотипов, должно пройти больше времени, и должны быть предприняты определенные действия», – отмечает Виеру.

Отчет Народного адвоката, опубликованный 20 февраля 2020 года, показывает, что в Республике Молдова 63% женщин подвергались психологическому, физическому или сексуальному насилию по крайней мере раз в жизни. В то же время только 8,4% из них обращались в правоохранительные органы.

«То, что это происходит только в уязвимых семьях, – миф»

Виктория – не единственная жертва домашнего насилия, которая оказалась на скамье подсудимых после того, как попыталась защитить себя, но в отличии от нее многие другие сейчас отбывают тюремное наказание.

«Я думаю, что я оказалась здесь (за решеткой), потому что слишком долго терпела», – говорит одна из заключенных адвокату из Центра по правам женщин (ЦПЖ) Арине Цуркан-Донцу. С 2017 года эта организация оказывает юридическую и психологическую помощь женщинам из Тюрьмы № 7 в Руске.

«Примерно ⅓ женщин, которые находятся там, оказались под стражей из-за таких же ситуаций, как случай Виктории. Только они получили реальное наказание… 

Часть из них раньше обращалась в полицию, но это не учитывается.

Другими словами, то, что женщина была жертвой домашнего насилия и поступила так, не считается смягчающим обстоятельством, и суд не сокращает наказание.

Что касается самозащиты, здесь тоже можно сказать, что в таких ситуациях это практически не применяется. Чаще всего суд не признает самозащиту законной, и женщины в основном получают 10 лет лишения свободы, потому что они выбирают упрощенную процедуру, сотрудничают со следственным органом, и суд дает минимальное наказание.

Законодательство не предусматривает, что суд может применить наказание ниже минимального», – объясняет Арина Цукан.

Она отмечает, что, хотя в Республике Молдова есть два типа защитных мер: запретительный приказ и более новое электронное отслеживание семейных агрессоров, немногие жертвы знают об этих механизмах и мало кто обращается в правоохранительные органы. Причина в недоверии к правоохранительным структурам.

С другой стороны, истории тех, кто оказался в тюрьме в Руске, могут быть самыми разными. 

«Там также находятся женщины, у которых было определенное положение в обществе, – отмечает Цуркан. – То, что ситуации, похожие на случай Виктории Прутяну, происходят только в уязвимых семьях, – миф».

Несколько обращений в связи с домашним насилием в 2020 году

В 2020 году властям сообщили о 12 970 случаях домашнего насилия, и это на 1100 случаев больше, чем в 2019 году, и почти на 2000 случаев больше, чем в 2018 году. По крайней мере об этом говорят данные из исследования «Оценивание ответа системы уголовного правосудия на случаи домашнего насилия», которое Центр по правам женщин проводил в четырех регионах страны.

Жертвы домашнего насилия могут позвонить по номеру  0800500333. Горячая линия работает 24 часа в сутки. Звонки бесплатны и конфиденциальны.

Кампания «16 дней активизма против насилия по гендерному признаку» началась 25 ноября, в Международный день борьбы за ликвидацию насилия в отношении женщин, и закончится 10 декабря, когда отмечается День прав человека. В этом году у кампании особый смысл. В этот период также была ратифицирована Конвенция Совета Европы о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием (Стамбульская конвенция). Конвенция называет насилие над женщинами нарушением прав человека и формой дискриминации, а также предусматривает ряд конкретных действий по его предотвращению.

Алёна ЧУРКЭ
Иллюстрации: Макс Граур @maksgraur
При поддержке Медиасети
Вы также можете подписаться на нас в Telegram, где мы публикуем расследования и самые важные новости дня, а также на наш аккаунт в YouTube, Facebook, Twitter, Instagram.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

mersin eskort

-
web tasarım hizmeti
- Werbung Berlin - buy instagram followers